КАК БОЛЬШЕВИКИ РЕШАЛИ КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС В 1920-НАЧ.30-Х ГГ.

Баранова Е.С. (соискатель), Зайнапов А.Г. (соискатель)

Сыктывкарский государственный университет

г. Сыктывкар, Россия, arti_zaynapov@mail.ru

 

Большевики, согласно установкам научного коммунизма, считали, что в дореволюционной России общество делилось на два класса - «эксплуататоров» и «эксплуатируемых». В связи с этим, советская власть ставила перед собой задачу - «ликвидации эксплуататоров», для достижения цели - построить в послереволюционной России «бесклассовое общество».

«Принцип классовой справедливости» проявился и в жилищной политике большевиков. В современной отечественной науке доказан тезис, что советская власть в «квартирном вопросе» применяла «совокупность патерналистских и дискриминационных мер, что помогло, с одной стороны, обрести социальную поддержку (в лице рабочих), а с другой, способствовало росту классовой борьбы» [1]. Иначе говоря, жилищная политика имела две стороны: «а) протекционистскую, охватывающую различные категории «социально-близких» и привлекаемых властью на государственную службу специалистов – ученых, инженеров, технических специалистов, врачей, агрономов, художников, писателей и т.п., б) дискриминационную, обращаемую в зависимости от решаемых властью задач, на «социально-чуждые элементы» - на нетрудящихся, на «плохотрудящихся»»[2, 242].

Первоначально по замыслу большевиков, жилищная проблема должна была решиться быстро - путем «передела» и «уплотнения» жилищного фонда согласно «принципу классовой справедливости». С помощью административных выселений «нетрудовых элементов» власти получали дополнительные площади и формировали социальную структуру города, стремясь к максимальной социальной однородности [3]. Получается, что задача обеспечения «трудящихся» жильем решалась путем изъятия недвижимости у «классового врага». Уже 30 октября 1917 г. выходит постановление А.И. Рыкова наркомата по внутренним делам РСФСР «О правах городских самоуправлений в деле регулирования жилищного вопроса». Из постановления следовало, что городские самоуправления получили «право секвестровать все пустующие помещения, пригодные для жилья», с целью - «вселять в имеющиеся жилые помещения граждан, нуждающихся в помещении, или живущих в перенаселенных или опасных для здоровья квартирах»[4]. Однако «на практике на местах началась конфискация недвижимости с массовым выселением жильцов без учета их социального происхождения»[5, 63]. Зачастую причисление к «классу эксплуататоров» происходило только по внешнему признаку, а именно если «жизнь имела сносный вид»[5, 37]. Имущество подвергали конфискации, не вдаваясь в подробности, было оно нажито своим трудом или чужим. Об этом свидетельствуют «письма во власть»: жалобы, прошения признать конфискацию незаконной, обращения в СНК. Львиную долю авторов составили учителя, врачи и даже «трудящиеся», которые указывали «что все имущество было нажито их собственным трудом».

Предать процессу муниципализации организованный характер власть попыталась через декрет Президиума ВЦИК от 20 августа 1918 г. «Об отмене права частной собственности на недвижимости в городах»[6], вводивший государственную собственность на недвижимость, и необходимость создания единого государственного управления коммунальным хозяйством (ГУКХ НКВ). Однако в рамках этого декрета в стране прошла «сплошная муниципализация, которая затронула и домовладения, формально не подходившие под действие декретов»[1]. На местах, конфискация приобрела открытый репрессивный характер с лозунгами - «выбить буржуазию из ее крепостей» лишить ее этого «последнего форпоста ее былого могущества» [5, 64]. С одной стороны, дискриминационные меры в отношении прав «бывших» на свое жилье - были одним из методов их «ликвидации». «Лишение своего дома являлось одной из важнейших составляющих утраты «бывшими» своего собственного места в мире» [7, 262]. С другой стороны, был нарушен механизм, отвечающий за нормальное функционирование городской жизни, - «передел жилья привел к окончательному исчезновению хозяев, как первых лиц, заинтересованных в его сохранении» [1], и в его приумножении путем строительства.

Такая политика привела к ухудшению коммунального хозяйства, так в объяснительной  записке Особого строительно-санитарного комитета  города Москвы фиксируется бедственное положение жилищного хозяйства[9]:

а) высокий   процент стихийного разрушения гражданских сооружений Москвы и острая жилищная нужда;

б) анархия строительного производства;

в) крайняя истощенность государственных и коммунальных запасов
строительных материалов и острый недостаток в рабочей силе, инструментах,  транспорте и продовольствии.

А. Б. Федоров констатирует факт, что ситуация антисанитарии наблюдалась практически во всех советских городах [1]. В результате «благородная идея улучшения жилищных условий трудящихся на практике привела к «катастрофическому разрушению домового хозяйства» и обострению жилищного кризиса» [6, 275].

Коммунальные службы советской власти признали отсутствие необходимых средств и опыта в управлении жилищным фондом с оговоркой на то, что «муниципализировано было слишком много»[5, 67]. В борьбе с жилищной разрухой «власть попыталась восстановить полуразрушенный жилищный фонд за счет частного капитала» [5, 119]. Постановление СНК «О предоставлении собственникам немуниципализированных строений права возмездного отчуждения недвижимого имущества» разрешало «возмездное отчуждение немуниципализированных строений собственниками их с тем, чтобы в руках одного лица не сосредоточивалось более одного владения, понимая под владением дом и примыкающие к нему жилые и служебные дворовые постройки» [10]. Площадь демуниципализованного жилья оговаривалась местными органами власти, и могла составить от 25 кв. сажень (в центральных городах) и до 50 кв. сажень (в уездных городах) [5, 128]. Демуниципализации не подвергалась недвижимость, которая представляла художественно – историческую ценность и была занята советскими учреждениями. Владельцы демуниципализированного жилья обязывались в год провести капитальный ремонт и содержать жилье в полном порядке. Декрет ВЦИК и СНК РСФСР от 8 декабря 1924 г. «Об увеличении жилой площади путем привлечения к строительству частного капитала» [11], был призван стимулировать индивидуальную инициативу строительства жилья за счет частного капитала.

Другим вариантом восстановления и поддержания жилищного фонда стали кооперативные товарищества жильцов. Постановление ЦИК СССР, СНК СССР от 19.08.1924 было обращено с призывом к «гражданам Союза ССР» добровольно объединиться в «жилищные кооперативные товарищества», которые подразделялись на «жилищно-арендные кооперативные товарищества, рабочие жилищно-строительные кооперативные товарищества и общегражданские жилищно-строительные кооперативные товарищества» [12].

Цель таких мероприятий, по мнению В.А. Чолахян, была «попытка власти ослабить жилищный кризис за счет финансовых средств и трудовых усилий самого населения, но при условии сохранения за собой права владения жилищем и полного контроля над его распределением» [13, 65]. М.Г. Меерович конкретизирует: «вводя новую жилищную политику и успешно решая целый ряд практических задач по ремонту, восстановлению и возведению жилого фонда, власть, при этом, твердо удерживала в своих руках законодательные основы владения и распоряжения жилищем - жилище, представляющее для власти, организационно-управленческий интерес, находилось в ее безраздельном и исключительном ведении» [2, 267].

Постановление ЦИК СССР, СНК СССР от 04.01.1928 «О жилищной политике» [14] подвело итог государственных мероприятий в жилищно-коммунальной сфере в 1920-нач.30-е гг. и зафиксировало методы и средства жилищной политики этого периода для последующей практики. На протяжении всего этого времени «здоровое жилье» было дефицитным ресурсом, и это открывало для большевиков возможность использования жилья, как механизма манипулирования обществом. Государство закрепило за собой абсолютное право собственности на недвижимость, что позволило превратить жилье в средство поощрения и наказания в ходе «классовой борьбы». Однако не следует забывать, что зачастую «квартирный вопрос» решался не согласно властным инструкциям, а в зависимости от субъективных качеств того, кто на месте решал вопрос распределения жилья. Т.М. Смирнова объясняет это так: «Жилищные условия как «бывших», так и «истинных пролетариев» определялись не столько постановлениями СНК и инструкциями ГУКХ НКВД <…> Деньги, личные связи и важные государственные и партийные должности <…> оказались более важным фактором, чем социальное происхождение и юридические права» [5, 135].

 

Библиографический список:

  1. Федоров А.Б. Опыт решения жилищного вопроса в Советской России: Справедливое распределение или всеобщая вакханалия (на материалах губернских городов Центрального промышленного района) // URL доступа http://actualhistory.ru/quarters_in_sov_russia

  2. Меерович М.Г. Социально-культурные основы осуществления государственной жилищной политики в РСФСР (1917-1941 гг.). - дисс. на соиск. уч. ст. доктора исторических наук. Иркутск, 2004 // URL доступа http://www.dissros.ru/zakaz/pk-321729.html См.также Волкова Т.С. Муниципализация и демуниципализация жилья в 20-х годах XX века (на примере Прикамья) // Вестник Пермского Университета. Вып. 7 (23), 2008. Смирнова Т.М. «Бывшие люди» Советской России: Стратегии выживания и пути интеграции. 1917-1936 гг. М.: Мир истории, 2003; Смирнова Т.М. Жилищная политика в годы нэпа // Ежегодник ист.-антропол. исследований. 2001/2002. М., 2002. - С. 278; Федоров А. Б. Опыт решения жилищного вопроса в Советской России: Справедливое распределение или всеобщая вакханалия (на материалах губернских городов Центрального промышленного района) // URL доступа http://actualhistory.ru/quarters_in_sov_russia; Федоров А. Социальная политика Октября. Классовый подход к регулированию социальных отношений раннесоветского города (октябрь 1917-март 1921) // URL доступа http://actualhistory.ru/social_strategy_soviet_city; Фицпатрик Ш. «Приписывание к классу» как система социальной идентификации // Американская русистика: вехи историографии последних лет Советского периода. Антология. Самара: из-во Самар. Ун-та., 2001; Фицпатрик Ш. Классы и проблемы классовой принадлежности в Советской России 20-х годов // Вопросы истории. – 1990. – № 8. // URL доступа http://historystudies.org/2012/07/ficpatrik-sh-klassy-i-problemy-klassovoj-prinadlezhnosti-v-sovetskoj-rossii-20-x-godov; Черных А. И. Становление России Советской: 20-е гг. в зеркале социологии. М. 1998.

  3. Герасимова Е. Ю. Советская коммунальная квартира как социальный институт: историко-социологический анализ (на материалах Петрограда – Ленинград, 1917 – 1991: Дис. … кан. ист. наук. – СПб, 2000. // URL доступа http://www.el-history.ru/node/321

  4. Постановление НКВД РСФСР от 30.10.1917 "О правах городских самоуправлений в деле регулирования жилищного вопроса" // URL доступа http://www.lawm.lawmix.ru/sssr/19174

  5. Смирнова Т.М. «Бывшие люди» Советской России: Стратегии выживания и пути интеграции. 1917-1936 гг. М.: Мир истории, 2003.

  6. Смирнова Т.М. Жилищная политика в годы нэпа // Ежегодник ист.-антропол. исследований. 2001/2002. М., 2002.

  7. Декрет Президиума ВЦИК от 20 августа 1918 г. «Об отмене права частной собственности на недвижимости в городах» // URL доступа http://www.law7.ru/base18/part5/d18ru5891.htm

  8. Черных А. И. Становление России Советской: 20-е гг. в зеркале социологии. М. 1998.

  9. Объяснительная  записка Особого строительно-санитарного комитета  города Москвы // URL доступа http://www.dialmon.narod.ru/Gilich.htm

  10. Совет Народных Комиссаров РСФСР Постановление от 8 августа 1921 года «О предоставлении собственникам немуниципализированных строений права возмездного отчуждения недвижимого имущества // URL доступа http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ESU;n=2936

  11. Декрет ВЦИК и СНК РСФСР от 8.12.1924 «Об увеличении жилой площади путем привлечения к строительству частного капитала» // URL доступа http://www.bestpravo.ru/sssr/gn-dokumenty/b8w.htm

  12. Постановление ЦИК СССР, СНК СССР от 19.08.1924 О жилищной кооперации // URL доступа http://www.bestpravo.ru/sssr/gn-instrukcii/g2a.htm

  13. Чолахян В. А. Жилищные условия и благоустроенность городов Нижнего Поволжья в 1920–1930-х годах // Известия Саратовского университета. 2009. № 2.

  14. Постановлением ЦИК СССР, СНК СССР от 04.01.1928 «О жилищной политике» // URL доступа http://www.bestpravo.ru/sssr/eh-akty/k2k.htm